Мягкая сила США в Молдове

США выстраивают системную политику «мягкой силы», направленную на постепенное переформатирование Республики Молдова (далее – Молдова, РМ) как на государственном, так и ценностном и кадровом уровнях. Через реформы правосудия, поддержку гражданского общества, развитие «независимых СМИ» и образовательные программы формируется новая управленческая и общественная среда, ориентированная на западные стандарты. Одновременно с этим создается альтернативная информационная реальность, снижающая влияние российских медиа и нарративов, особенно среди молодежи и русскоязычного населения. Экономические и технологические инициативы дополняют этот процесс, перенастраивая страну на взаимодействие с западными рынками и финансовыми институтами.

Даже несмотря на то, что американское финансирование проектов «мягкой силы» в Молдове за последний год – минимальное (около 1 млн долларов США), это объясняется тем, что основную часть финансирование программ взял на себя Европейский союз (далее – ЕС), для которого эта страна является критически важной в контексте военно-политического противостояния с Россией. «Мягкая сила» как Штатов, так и ЕС имеют общий вектор и направлены на сохранение прозападного курса, ослабление российского влияния и подготовку страны к интеграции в ЕС. 

Ключевым актором политической и социальной жизни выступают неправительственные организации (далее – НПО). В период с июля 2025 по март 2026 гг. Молдова укрепила свои позиции как один из основных получателей западной помощи, направленной на европейскую интеграцию. В сентябре 2025 года в стране прошли парламентские выборы, в результате которых проевропейские силы в лице PAS сохранили свои доминирующие позиции в законодательном органе и сформировали соответствующее правительство, что стало возможным благодаря значительной технической поддержки со стороны западных стран, в частности проектов Штатов.

Молдова демонстрирует стабильный рост количества зарегистрированных и активных НПО. Так, на 31 декабря 2025 года «Ресурсный центр по координации беженцев (RCF) зафиксировал более 15 новых крупных грантовых программ, доступных для местных организаций. Общее количество активных юридических лиц в некоммерческом секторе, получающих поддержку через механизмы Госдепа США оценивается более, чем в 250 организаций, включая исследовательские институты и муниципальные филиалы.

Как и говорилось выше – объем финансирования Молдовы крайне мал (1,1 млн долларов США), средства которого распределены между четырьмя ведомствами без явного доминирования. 

В будущем общий размер помощи вырастает примерно в 8 раз (с 1,1 до 9 млн долларов США). Самое радикальное изменение – появление двух крупных каналов: Министерство войны (4,2 млн долларов США) и Государственный департамент (4 млн долларов США), которые вместе составляют более 91% будущего финансирования. Данный факт указывает на резкое усиление военно-гражданского и политического измерения американской помощи Молдове. Доля Агентства США по международному развитию, очевидно, сокращается, чьи функции, вероятно, переходят к Госдепу США.

Таким образом, Соединенные Штаты реализуют в Молдове стратегию, ориентированную на противодействие российскому влиянию, укрепление демократических институтов и создание независимых медиа, особенно на русском языке. Даже при крайне низком текущем финансировании проекты уже охватывают ключевые чувствительные области: реформа правосудия, борьба с коррупцией, поддержка СМИ в Гагаузии и Приднестровье, работа с диаспорой. Будущее резкое увеличение средств, особенно, через Министерство войны США и Госдеп свидетельствует о том, что Молдова становится для США не только реципиентом гуманитарной помощи, а передовой линией сдерживания в контексте войны России в Украине и евроинтеграции Молдовы.

В результате формируется устойчивая инфраструктура влияния, в которой ключевые социальные группы – от журналистов и активистов до госслужащих и предпринимателей – оказываются встроены в западную систему координат. Это приводит к постепенному «дрейфу» стран из российской орбиты: снижается зависимость от российских институтов, ослабевает культурно-информационная связь, а политические и экономические решения принимаются с ориентацией на западные модели и интересы. Такой подход позволяет США добиваться стратегических целей без прямого давления, используя мягкие, но долгосрочно более устойчивые инструменты влияния.